Долгий и сложный путь Беларуси в Болонский процесс:
 каким он был и куда нас привел?

Вадим Можейко, «Либеральный клуб»

Резюме

Основная мотивация официального Минска по присоединению к Европейскому пространству высшего образования (Болонскому процессу) – увеличение количества иностранных студентов и притока валюты от них. 

В 2011-2012 гг. состоялась первая попытка Беларуси вступить в Болонский процесс. Независимые эксперты и гражданские активисты основали Общественный Болонский комитет, который подготовил и затем пролоббировал альтернативный доклад, вскрывающий несоответствие белорусских законов и практики их применения стандартам Европейского пространства высшего образования. В результате Беларусь не была принята в Болонский процесс.

В 2012-2015 гг. Беларусь не произвела каких-то структурных реформ в сфере образования, однако последствия украинского кризиса и усиление «политики втягивания» изменили положение. Также были проведены некоторые косметические реформы высшей школы, а Общественный Болонский комитет смягчил свою позицию.

В результате 14 мая 2015 г. Беларусь вступила в Европейское пространство высшего образования, однако на условиях выполнения реформ, предусмотренных дорожной картой, которые должны привести белорусскую образовательную политику в соответствие с принципами и ценностями Болонского процесса. Оценку белорусским реформам министры образования ЕПВО дадут в 2018 г.

Вступление в Болонский процесс не привносит в белорусские университеты коренных изменений, однако открывает новые возможности, в том числе для студентов и академического персонала. Для максимизации положительного эффекта от вступления Беларуси в ЕПВО необходима своевременная совместная работа всех стейкхолдеров над реализацией реформ, предусмотренных дорожной картой. До 2018 г. следует сосредоточиться над немедленным выполнением политически реалистичных изменений и готовить почву для дальнейших системных реформ.

Болонский процесс как маяк для привлечения иностранных студентов

Почему Беларусь долгое время активно стремилась присоединиться к Европейскому пространству высшего образования (ЕПВО)? Анализ поведения властей показывает, что ключевым параметром Болонского процесса для Беларуси является взаимное признание дипломов. Это значительно облегчает трудоустройство за пределами страны обучения, причем сразу во всех странах ЕПВО. Что, в свою очередь, повышает привлекательность белорусской образовательной системы в глазах иностранцев, увеличивает ее конкурентоспособность. А иностранные студенты – это приток в Беларусь валюты, и власти заинтересованы в их экстенсивном привлечении.

иностранные студенты в Беларуси

Так, в госпрограмме по развитию высшего образования на 2011 – 2015 гг. вся задача международного сотрудничества и сводится к «повышению международного престижа белорусской высшей школы и увеличению в три раза объема экспорта образовательных услуг». Задача, вероятно, будет провалена, ведь рост с 2011 по 2013 гг. составил лишь 19%. Помимо вступления в Болонский процесс, этому росту должны были способствовать открытие новых программ с английским языком как основным языком преподавания и приглашение иностранных преподавателей для ведения курсов. Однако, согласно анализу Общественного Болонского комитета, «расширение преподавания на английском языке тормозится правовым несовершенством и бюрократизмом, нехваткой преподавателей, способных  вести такие программы, практически полным отсутствием приглашенных иностранных преподавателей».

Таким образом, Болонский процесс с точки зрения белорусских властей – это, в первую очередь, инструмент для привлечения в Беларусь иностранных студентов и их валюты. Если смотреть на попытки участия Беларуси в Болонском процессе с учетом этой информации, то они выглядят как типичная попытка получить от международного сотрудничества финансовую выгоду и при этом максимально исключить из этого процесса ценностные вопросы и необходимость реформ.

Первая попытка присоединения к Болонскому процессу: государственная часть

Впервые Беларусь заявила о стремлении в Болонский процесс 5 марта 2009 г. на тематическом заседании в Страсбурге. А на высшем уровне вопрос решался летом 2010 г.: 7 июня Александр Лукашенко провел совещание по вопросам образования и целесообразности присоединения Беларуси к Болонскому процессу, а уже 21 июля президентом была одобрена общая позиция госорганов по включению Беларуси в Болонский процесс.

Еще год ушел на работу межведомственной рабочей группы, разрабатывавшей механизмы по непосредственной реализации включения Беларуси в Болонский процесс и по имплементации в белорусском законодательстве всех деклараций и коммюнике конференций министров образования стран ЕПВО. В итоге в июле 2011 г. Минобразования направило в Болонский секретариат письмо с официальным заявлением о начале формализованной процедуры по включению Республики Беларусь в Болонский процесс, а 29 ноября – и финальный национальный доклад о готовности высшего образования Беларуси к вступлению в Болонский процесс.

Можно выделить три ключевых характеристики этого процесса.

Во-первых, с учетом объема проделанной работы, принятие политического решения о присоединении к Болонскому процессу и разработка необходимых документов (в первую очередь – национального отчета) прошли довольно оперативно. Это, безусловно, стало одной из причин неоднозначного качества белорусской заявки (см. далее).

Во-вторых, это сложности с восприятием Болонского процесса среди академического сообщества и административного персонала вузов. До сих пор многие не осведомлены (недостаточно осведомлены) о его сути либо настроены резко критично (зачастую просто на основе заблуждений), несмотря на официальную позицию. Такая нетипичная для белорусского административного аппарата открытая критичность вызвана в том числе и переменчивостью позиции президента по этому вопросу. Его заявления здесь можно разделить на два типа: «Беларуси нужно туда вступать, это будет нам выгодно и полезно» и «Беларусь не берут в Болонский процесс – ну и не очень-то он нам и нужен». Такая полярность не позволяет охарактеризовать политику Беларуси по (не)присоединению к Болонскому процессу как последовательную.

В-третьих, это достаточно транспарентное проведение всех процедур, в первую очередь – открытость финального национального доклада, что позволило независимым экспертам свободно изучить его и на основе анализа документа подготовить альтернативный доклад.

Первая попытка присоединения к Болонскому процессу: общественная часть

Вся вышеупомянутая деятельность государства была в центре внимания небезразличных гражданских активистов и общественных структур. На их основе в конце 2011 г. и был создан Общественный Болонский комитет (ОБК) – инициатива, призванная объединить представителей общественных организаций и экспертов для вхождения в Болонский процесс «с максимальной пользой для страны». Фактически речь шла о том, что желание Беларуси вступить в Болонский процесс – это инструмент, с помощью которого можно стимулировать государство проводить необходимые реформы в сфере образования.

9 декабря ОБК направил в Болонский секретариат альтернативный доклад о готовности белорусского высшего образования к включению в Европейское пространство высшего образования (ЕПВО). По словам профессора Владимира Дунаева, руководителя ОБК, главный вывод альтернативного доклада – без предварительного глубокого реформирования белорусского высшего образования участие страны в Болонском процессе не будет эффективным.

По мнению авторов доклада, букве и духу Болонских принципов не соответствует белорусский Кодекс об образовании. Так, он не предполагает принципа университетского (академического и студенческого) самоуправления, «демонстрирует приверженность законодателя к превращению университетов в структуры государственного аппарата». Ректоры руководят университетами и советами университетов, однако не выбираются советом и не подотчетны академическому сообществу. Все это приводит к тому, что вузы используются государством «для политических целей, в том числе для преследования оппонентов власти и инакомыслящих».

Однако деятельность ОБК не сводилась к критике: также была разработана трехступенчатая дорожная карта необходимых реформ по присоединению Беларуси к Европейскому пространству высшего образования.

Первый этап включал в себя прекращение всякого рода репрессий по политическим мотивам против студентов и преподавателей, восстановление выборности ректоров и их подотчетности академическому сообществу, избавление студенческого самоуправления от политического контроля БРСМ и идеологической вертикали власти, создание независимого национального союза студентов на недискриминационной основе и вне состава БРСМ.

Второй этап – законодательное закрепление: перехода к европейской архитектуре высшего образования; квалификаций бакалавра – магистра – доктора; реальной автономии вузов и гарантий академических свобод для персонала и студентов; реальных гарантий получения высшего образования на любом из государственных языков.

Третий этап должен стать заключительным, завершить реформирование системы академических степеней и квалификаций и системы контроля качества.

Первая попытка присоединения к Болонскому процессу: европейская часть

В итоге европейские эксперты прислушались к мнению и рекомендациями ОБК. 18-19 января 2012 г. Рабочая группа Болонского процесса на заседании в Копенгагене пришла к выводу о неготовности Беларуси присоединиться к ЕПВО, так как Беларусь не соблюдала принципы и ценности Болонского процесса (в первую очередь – академические свободы, автономию и самоуправление университетов). Как тогда заявил глава Рабочей группы министр науки, инноваций и высшего образования Дании Мортен Остергаард, «мы надеемся, что Европейское пространство высшего образования в один прекрасный день сможет приветствовать Республику Беларусь в качестве члена, когда будут осуществлены необходимые реформы в целях выполнения критериев присоединения к ЕПВО и обеспечения прав студентов».

Большую поддержку альтернативному докладу оказал и Европейский студенческий союз (ESU). Как заявлял его председатель Алан Пол, «разрешение Беларуси присоединиться к Болонскому процессу было бы использовано государственной пропагандой, однако сделало бы мало полезного для студентов и преподавателей».

И хотя мнение Рабочей группы было лишь рекомендательным, белорусский вопрос был снят с повестки дня конференции министров образования стран ЕПВО в апреле 2012 г. Таким образом, впервые страна, ратифицировавшая Европейскую культурную конвенцию (одно из условий присоединения к ЕПВО), подала заявку, но не смогла вступить в Болонский процесс.

Анализ результатов первой попытки присоединения к Болонскому процессу

Анализируя последствия событий 2010-2012 гг. – а точнее отсутствие этих последствий – можно сказать, что первый раунд прошел «вничью».

Официальный Минск не смог пролоббировать свою позицию и вступить в Болонский процесс без настоящих реформ. Как свидетельствует вышеприведенная статистика, без взаимного признания дипломов с ЕПВО Беларуси не удалось повысить привлекательность своего образования для иностранных студентов и существенно увеличить их количество.

Общественный Болонский комитет и европейские структуры не дали Беларуси вступить в ЕПВО, однако принудить либо стимулировать Беларусь к проведению необходимых реформ – например, по дорожной карте ОБК – также не удалось.

Вторая попытка: вместо реформ образования – изменения контекста

Можно констатировать, что с 2012 до 2015 гг. Беларусь не произвела каких-то структурных реформ в сфере образования:

  • университеты все так же подчиняются Министерству образования;
  • ректоров университетов любой формы собственности назначает лично президент или министр образования;
  • не соблюдаются академические свободы;
  • нарушаются права студентов.

Тем не менее, были осуществлены некоторые косметические изменения, отраженные в национальном докладе, который новый министр образования Беларуси Михаил Журавков подготовил для конференции министров образования стран ЕПВО 12-14 мая 2015 г. Также изменился внешний и внутренний контекст рассмотрения белорусской заявки.

Общая политика втягивания

Саммит министров образования стран ЕПВО в Ереване прошел в исключительно благоприятной для Беларуси международной обстановке. На фоне геополитических проблем региона Европа в очередной раз (как и в 2008 г.) осознает важность не потерять Беларусь в орбите российского влияния и ценит ее готовность вести – насколько это возможно – независимую политику. Опять же, как и 7 лет назад, это сочетается с некоторой внутренней либерализацией и с осознанием Европой того факта, что политика жесткой риторики и санкций не работает.

В такой ситуации актуальной становится т.н. «политика втягивания», расширения диалога и всяческого взаимодействия. И в этом контексте включение Беларуси в Болонский процесс выглядит совершенно логичным шагом, к тому же позволяющем продемонстрировать хоть какие-то конкретные успехи.

К тому же, политика Михаила Журавкова, заключающаяся в проведении минимальных, но заметных реформ, позволяет вполне справедливо отмечать в любых отчетах пусть не прорывной, но очевидный прогресс Беларуси с 2012 г.

Общественность смягчилась

Да и внутри Беларуси ситуация за три года изменилась.

Во-первых, снизился общий градус напряженности отношений между общественными структурами и государственными. Само государство стало терпимее относиться к различным проявлениям независимого студенческого активизма или экспертной работы.

Во-вторых, общественные активисты и независимые эксперты и сами неоднозначно оценивают результаты своей «успешной» работы в 2011-2012 гг. В итоге Беларусь просто потеряла три года, не произвела никаких системных реформ, лишь косметические, однако в целом смогла подготовить национальный отчет лучше. В такой ситуации необходимость дальнейшей бескомпромиссной борьбы вызывает сомнения: какой смысл еще раз или два не пускать Беларусь в ЕПВО, если от этого все равно нет никакого серьезного положительного эффекта?

Итогом этих перемен стала и несколько по-другому звучащая позиция Общественного Болонского комитета. Если в 2011-2012 гг. альтернативный доклад и общая позиция были однозначным «нет» для Беларуси в Болонском процессе, то на этот раз все выглядит как попытка повлиять на неизбежное «да», хотя бы добавив к нему некоторые условия.

Так, Меморандум ОБК резюмируется словами: «признавая определенные достижения белорусского высшего образования в проведении структурных реформ и определенный прогресс в имплементации некоторых Болонских инструментов…». И хотя далее речь идет о белорусских проблемах – «причины переноса рассмотрения белорусской заявки на 2015 г. актуальны и сегодня» – в итоге предлагается не отказывать Беларуси, а «совместными усилиями заинтересованных сторон выработать дорожную карту, которая позволит получить согласованный и обязывающий белорусскую сторону график имплементации европейских академических ценностей в законодательство и практику белорусского образования».

Причина, конечно, не в том, что ОБК за три года поменял свои ценности или белорусская высшая школа стала резко лучше. Помимо перечисленных выше внутренних размышлений белорусского гражданского общества, влияние однозначно оказывала и значительная предопределенность вступления Беларуси в ЕПВО в мае 2015 г., о которой говорил глава ОБК Владимир Дунаев.

Беларусь в ЕПВО, но с оговорками

Так и произошло: 14 мая в Ереване было принято решение о присоединении Беларуси к Болонскому процессу, однако с оговорками. Министры образования Норвегии, Швеции, Нидерландов и Исландии заявили о необходимости выполнения Беларусью условий дорожной карты по присоединению к Болонскому процессу. Так, министр образования, науки и культуры Исландии Иллуги Гуннарссон заявил: «Дорожная карта – это не предложение, а требование, которое должно быть выполнено … Мы должны очень внимательно следить за происходящим в Беларуси, соблюдаются ли там академические свободы, принципы мобильности и в целом права человека».

Эти заявления не остались простыми голословными высказываниями, а в итоге трансформировались в целый абзац заключительного коммюнике ереванской конференции. Фактически министры образования стран ЕПВО в обтекаемых, дипломатичных формулировках предъявили Беларуси необходимый план реформ, дорожную карту – ту самую, которую продвигал в Альтернативном докладе ОБК.

От Беларуси ждут структурных реформ в образовании – и не только очевидных вещей, вроде обязательной автоматической бесплатной выдачи приложения к диплому европейского образца (Diploma Supplement) или трехуровневой образовательной модели с кредитной системой. Речь идет в том числе о появлении правовой основы для создания независимого агентства контроля качества в соответствии с европейскими стандартами и руководствами; о завершении формирования Национальной рамки квалификаций; о реальной защите академических свобод и институциональной автономии университетов.

2018 год: тупик и геополитический выбор

Предполагается, что вся эта работа будет проделана в период с 2015 до 2017 гг., а на следующей встрече министров образования ЕПВО в 2018 г. Bologna Follow-Up Group (BFUG) доложит о результатах работы белорусских чиновников.

Несложно спрогнозировать, что будет содержать такой доклад. Эксперты BFUG отметят прогресс в отдельных областях (выдача Diploma Supplement, работа над Национальной рамкой квалификаций) и практически полное отсутствие изменений в болезненных точках (академические свободы, права студентов, etc.). Ведь нарушение этих принципов – например, отсутствие университетской автономии – это не какие-то «отдельные недоработки», а логичное следствие из существующей в Беларуси модели госуправления. И в ее рамках невозможно себе представить, чтобы Беларусь полностью следовала принципам не только ЕПВО, но и других европейских структур. Конфликт лежит глубже «нежелания» исполнять отдельные рекомендации из ереванского коммюнике.

Следовательно, в 2018 г. министры образования стран ЕПВО вновь окажутся в тупике. Ведь у ЕПВО нет каких-либо механизмов влияния на страны-члены. Фактически, после вступления в Болонской процесс Беларусь и дальше может как угодно игнорировать его нормы, не выполнять условия дорожной карты  – и никакого нового рычага воздействия на нее нет. Нет и практики исключения стран из Болонского процесса – впрочем, до Беларуси также не было практик приема стран в ЕПВО со второго раза и с предъявлением дорожной карты реформ.

Поэтому и в 2018 г. решение по Беларуси, скорее всего, будет приниматься исходя не только из собственно образовательных резонов, но и из геополитических. Впрочем, опыт 2012 и 2015 гг. подсказывает, что позиция и активность белорусских структур гражданского общества также имеют значение и могут в той или иной степени влиять на позиции европейских экспертов и министров образования.

Последствия вступления: без резкого прогресса, но с некоторыми бонусами

Таким образом, не стоит иметь завышенных ожиданий. От присоединения к ЕПВО ничего принципиально в белорусских вузах не изменилось. Не появилось традиций академических свобод, нет по-европейски влиятельного студенческого самоуправления, равно как и гарантий какого-то европейского качества. В любом случае, нужна кропотливая ежедневная работа (в том числе на местах, в конкретных университетах и кафедрах) по европеизации белорусского высшего образования. И это, в общем, не очень-то зависит от Болонского процесса.

Также возникают неоднозначные коллизии. Например, сегодня членом Европейского студенческого союза от Беларуси является незарегистрированное Задзіночанне беларускіх студэнтаў (ЗБС/BSA). Но в национальном докладе значится совсем не ЗБС, а Республиканский студенческий совет при министре образования. Займет ли эта новосозданная организация место ЗБС или им придется как-то уживаться вместе?

С другой стороны, при присоединении Беларуси к ЕПВО увеличиваются возможности для студенческой и академической мобильности. Опыт европейского обучения для белорусских студентов (и работы в университете – для преподавателей) будут способствовать реформированию белорусской системы высшего образования. Да и внутренняя интернационализация образования, приезд в Беларусь студентов с Запада, поможет нашим университетам шире взглянуть на мир.

Наконец, признание белорусских дипломов в странах ЕПВО (и аналогичное признание дипломов этих стран у нас) откроют новые возможности для рынка труда. Белорусам будет легче выехать на работу за границу, а иностранцам – работать у нас. Все эти контакты будут способствовать большей открытости страны, чего Беларуси как раз и не хватает.

Рекомендации

  1. Европейской стороне (BFUG, министры образования стран ЕПВО, департамент по образованию Совета Европы, ESU) следует плотно и на постоянной основе сотрудничать с белорусскими независимыми экспертами, организациями гражданского общества и Министерством образования (в идеале – в рамках совместной, общей для всех этих участников структуры), чтобы следить за реальным ходов выполнения дорожной карты и, по возможности, вносить в этот процесс коррективы (как минимум – давать свою публичную оценку на разных этапах исполнения реформ).
     
  2. Белорусской общественности (организации гражданского общества, независимые эксперты, студенческие организации и инициативы) следует мониторить процесс реформирования системы образования, взаимодействовать с Министерством образования и университетами, давать свои оценки и рекомендации, помогать чиновникам и учреждениям образования в осознании сущности Болонского процесса и в исполнении соответствующих реформ.
     
  3. Государственной стороне (Министерство образования, администрации университетов) следует максимально изучить сущность Болонского процесса и эффективно донести ее до всех структур, ответственных за реформы (вплоть до отдельных кафедр вузов). Приступать к выполнению дорожной карты необходимо без промедления, не откладывая до последнего момента. Взаимодействие с европейскими и общественными стейкхолдерами и экспертами позволит подойти к реформированию более содержательно и эффективно. В случае отсутствия политической воли на некоторые реформы (институциональная автономия вузов, etc.) следует сосредоточиться хотя бы на максимально возможном исполнении всех остальных шагов.
 
27
ліп
eclab.by
Праект нефармальнай адукацыі «Еўрапейскі каледж Liberal Arts у Беларусі» (ECLAB) адкрыў прыём заявак на 2016/2017 навучальны год.
18
лют
Ольга Шпарага для журнала «Гефтер»
Поиск иного «общеевропейского» языка. Версия молодого ученого.
1
лют
ECLAB.BY
Агулам на канцэнтрацыю паступіла 67 заявак. У выніку конкурснага адбору прыёмная камісія адабрала 20 студэнтаў. Такім чынам, конкурс склаў 3,35 чалавекі на месца.
23
сьн
ECLAB.BY
1 лютага 2016 года пачнецца навучанне па новай праграме «Сучаснае мастацтва і тэатр». Пры распрацоўцы яе канцэпцыі мы арыентаваліся як на сусветныя тэндэнцыі развіцця мастацкіх і тэатральных практык, так і на запыты лакальнага арт-поля.
11
жні
Джордж Андерс, Forbes.ru
Во всех ведущих технологических хабах США, от Кремниевой долины до Сиэтла и от Бостона до Остина, софтверные компании заново открывают для себя ценность гуманитарных наук. Работодатели масштаба Facebook и Uber готовы все больше инвестировать в нетехнарей.
27
ліп
ECLAB
Значимость «навыков XXI века» заключается как раз в том, что они позволяют лучше ориентироваться в разных дисциплинах и разбираться в потоках новой информации – в первую очередь, благодаря развитию навыков и компетенций, позволяющих находить и использовать необходимые знания.
15
сьн
Ольга Шпарага
Руководительница концентрации «Современное общество, этика и политика» Ольга Шпарага о международной выставке «Феминистская (арт) критика».
10
жні
Джонатан Беккер
Образование по модели свободных искусств и наук характеризуетcя тем, что вместо заучивания огромного числа отдельных событий, случаев и фактов, отдает предпочтение воспитанию критического мышления и способности решать задачи, которые не описаны в учебниках.
5
жні
Ольга Романова
Академическое эссе – это развернутый и аргументированный текст, посвященный какой-либо проблеме. Этот жанр отличает свободная форма, публицистические элементы и художественные метафоры.